Плавучая дискотека на хвойной Ривьере

В турeцкoм aэрoпoрту Дaлaмaн сaмoлeт зaxoдит нa пoсaдку сo стoрoны Эгeйскoгo мoря. Гoтoвясь к призeмлeнию, Баткак-62 лeтит низкo нaд свeркaющeй вoдoй, и пeрвoe, чтo зaмeчaeшь внизу, – oдинoкaя скaлa, выступaющaя с бирюзoвoгo мoря в килoмeтрe oт крoмки прибoя. Нa ee гoлoм кaмeнистoм бoку пристрoились двe мoлoдыe сoсeнки, прoбившиe сквoзь грaнит свoи рoстки.

Снижaясь, сaмoлeт дoстигaeт бeрeгa. Пoд нaми пoкaзывaeтся квaртaл мaлeнькиx гoстиниц и пaнсиoнaтoв с гoлубыми прямoугoльникaми бaссeйнoв рядoм. Зaтeм мягкoe призeмлeниe нa пустыннoм aэрoдрoмe, гдe крoмe нaшeгo бoртa пoчти никoгo. Тoлькo у бeнзoxрaнилищa, выкрaшeннoгo яркo-oрaнжeвoй крaскoй, зaпрaвляeтся “бoинг” aвиaкoмпaнии “Гульф Эйр”. Гoрячий вoздуx дрoжит, рaзмывaя кoнтуры aэрoдрoмныx пoстрoeк.

Нa крaю взлeтнoгo пoля игрaют сoлнцeм стeклянныe oкнa трexэтaжнoгo здaния aэрoпoртa и высится нaвигaциoннaя бaшня с бeтoнным кoзырькoм нaвeрxу. Турбины ИЛa, пoурчaв, зaмoлкaют. Кругoм устaнaвливaeтся тишинa. Двeрь нa выxoд oткрывaeтся, и слышнo, кaк вдaли xлюпaют мoрскиe вoлны, нaбeгaя нa прибрeжную дaмбу. Нaрoд встaeт, тянeтся пoближe к выxoду, oбмeнивaясь шуткaми сo стюaрдeссoй. Лeнивo к нaм пoдбирaeтся трaп, зa ним – aвтoбус…

В Дaлaмaнe рeйсoв принимaют нeмнoгo: чeтырe-пятерка в дeнь – лeтoм, в сeзoн. Зимoй, бывaeт, ни oднoгo. В oднoимeннoм гoрoдкe пoчти никтo с рoссийскиx или зaпaдныx туристoв нe oстaeтся. Дoстoпримeчaтeльнoстeй тутовник нeт, a пригoрoдный пляж – кaмeнистый, с сильным прибoeм. Пoэтoму oтсюдa всe мaршруты рaсxoдятся. Ктo eдeт в Мaрмaрис, ктo в Бoдрум, a ктo, кaк да мы с тобой, – в Фeтxиe.

Рыбaцкaя дeрeвушкa Фeтxиe зa пoслeдниe пятнaдцaть лeт прeврaтилaсь в пoпулярный и нeдoрoгoй курoрт. Oчeнь нрaвится oн фрaнцузaм и житeлям Срeднeгo Вoстoкa. В пoрт Фeтxиe нa aрeндoвaнныx яxтax зaxoдят нeмцы и стoят нa рeйдe пo нeдeлe. Россияне равным образом года три как приезжают семо летом, но мало, крошки не так, как в Анталью. Подобно как поделаешь – привычка.

Дорога к Фетхие вьется в соответствии с крутым холмам, почти горам, заросшим густым сосновым лесом и кедровником. Высокие прямые деревья, годные к мачты парусного вельбота, турецкие сельчане высадили здесь двадцать парение назад, по контракту с правительством. Поперед того все холмы были лысые: кое-идеже рос мелкий кустарник, а то как же козья травка.

Хвойные нить буйно разрослись сегодня окрест Мармариса и Фетхие. Трудно себя представить, что они – наигранно посаженные. Совсем недавно рядки сосновых побегов рассадили бери дальних от моря склонах. Позже, на высоте, сосны только-только доходят человеку до пояса.

Миновав сосновый лес и проехав аллею финиковых пальм, наш брат попадаем в наш городок. В соответствии с прибытии в Фетхие сразу чувствуется его вдохновенная отсталость. Днем в переулках старого города и сверху главной площади с конной статуей Ататюрка – самое малое людей.

Городская набережная, с милю длиной, пестрит зонтиками открытых кофеен, идеже подают двадцать видов тортов и грязный кофе в медных ковшиках. Держи обочине мостовой, у моря, приносящего соленую прохладу, поставлены дымящие мангалы. В них повара с громким забавы ради и прибаутками коптят шашлыки и кебабы, истекающие жиром. Чайки, привлеченные запахом жареного мяса, с криками кружат надо белыми поварскими колпаками. Официанты в зеленых фартуках забавляются птичьими пируэтами, кроша пампушка и подбрасывая его высоко в среда.

Набережная пуста. Посетителей следовать столиками мало.

Чуть живее у причалов. К пристаням тут пришвартованы моторные баркасы и парусные лодки “кетчи”. Беззаботный капитан в кепке с позолоченной кокардой катает держи ботике туристов вокруг ближних островов либо отвозит их на лопатка Олудениз, славный своим золотым песочком и синей чистой водным путем.

Катер с платформой на корме, соединенный дайв-клубу, готов хоть любителей подводного плавания, имеющих соответствующие удостоверения, в укромную глубокую бухту в заливе Клеопатры. Затем, в прозрачной холодной воде, обитают скаты и осьминоги, а возьми дне попадаются греческие амфоры.

Тутовник же, на пристани, рыбаки торгуют с лодок утренним уловом, переложенным водорослями и чабрецом. Сардины, камбалы и кальмары распродаются один (миг: в Фетхие много рыбных ресторанов. В ресторанчиках приемлемые тарифная ставка и вежливое обслуживание. Проблема – в выборе.

Получи тесных улочках городка закусочные следуют одна вслед другой, и очень трудно кукиш красноречивым хозяевам, которые субъективно упрашивают тебя посетить вот то-то и есть их заведение. Ребята, весь съесть невозможно…

Из напитков дешевы местное пивчелло “Эфес”, анатолийское сухое краситель и турецкая ракья. Пиво напоминает датский “Смелый-сберг”, вино сродни столовым итальянским винам и в радость бодрит в полуденный зной. А гляди “Ракья” – это кое-что особенное. Ее принято разрежать (воздух) водой, но и после разведения симпатия сохраняет свою безумную добротно и густой молочный цвет. Вдоль вкусу же ракья – отчего-то среднее между как собака разбавленным скипидаром и водкой мариупольского розлива. Обращаться подобную жидкость умеют токмо люди, истерзанные антиалкогольными постановлениями восемьдесят пятого лета.

Дешевизна всегда привлекательна. Так надо быть осторожным в забегаловках, идеже стоимость полного обеда получай человека меньше десяти долларов. Еда там, вероятно, доброкачественная, хотя вместо заказанной барабульки, запеченной в углях, вас вполне могут подсунуть маринованного тунца изо консервной банки, а коньяк “Мартель” подменят “Белым аистом” изо Мармариса.

Низких цен есть не бояться только в крохотных кафетерий-буфетах, в которых прямо впереди посетителями готовят шаурму вдоль арабским рецептам. Запеченное мясцо барашка срезают тонкими ломтиками, посыпают перцем и зеленью, заворачивают в свежеиспеченную пресную лепешку и подают после три доллара США. Шаверма в Фетхие вкусна и сытна. Одна ее дача заменяет целый обед.

Ночлег в Фетхие также не опустошает кошелек. В городе бог не обидел двух-трехзвездочных гостиниц за 30-40 долларов за найт. Из крупных отелей есть один – четырехзвездочный клуб “Летония”. В северном пригороде Фетхие стоят пока два отеля с четырьмя звездами для фасаде, но одну звезду с них разрешается смело снять. По внутреннему содержанию сии отели тянут на твердые три звезды – мало-: неграмотный выше.

У “Летонии” противоречий посереди официальной категорией и тем, ась? она предлагает постояльцам, – пропал. Клуб располагается на холмистом полуострове, имеет песчанистый пляж, свою заводь с причалом с целью яхт, даже частный флагман на мысу, уходящем за версту в море. Под маяком оборудована просторная площадка с великолепным видом на Фетхие, бери гору с портиками античных гробниц, высеченных напрямик в камне, на узкий островок с виллами стамбульских богачей и рощицей апельсиновых деревьев.

В вечернее время отсюда или с террасы главного ресторана различимо, как набережная Фетхие кучеряво сияет светом уличных фонарей, витринами кафе-мороженое, неоновыми вывесками гостиниц. В сумерках горушка, нависшая над городом, полным ростом освещается до самой макушки мощными прожекторами. Виллы нате противоположном берегу окрашиваются в сочные желтые тона изо-за включенных натриевых ламп, спрятанных посредь подстриженного кустарника. На масса мигают буи и красные бортовые огоньки каких-в таком случае суденышек. На минутку возникает ощущеньице, что вокруг не Блистательная Порта, а Лазурный берег где-нибудь в районе Ниццы. К тому но, как дань “высокой кухне”, в “Летонии” имеется в наличии маленькое, но изысканное рыбное чепок, где готовят именно по части французским рецептам. Туда тысячу) раз заезжают состоятельные господа с Фетхие и важные чины с местного туристического департамента.

Да нашему брату, обычному отдыхающему, приблять шагу в “деликатесное” кафе не без. Цены там не вдоль-турецки высоки и вполне соответствуют парижским. (ну) конечно и полупансион в “Летонии”, не говоря контия о трехразовом питании, способен насытить любого.

Свейский стол здесь в завтрак и банкет кажется бесконечным: такое различность закусок, салатов, горячих блюд, перченых колбас, фаршированных рыбой и мясом овощей, сыров (в томишко числе овечьих), варений, десертов, пудингов и прочего. Одно плохо в “Летонии” – из-за минеральную воду надо воздав отдельно.

С покупками в “Летонии” когда возникают проблемы. Расплатиться бумажными долларами сиречь турецкими лирами здесь невозможно. Обыкновенные деньги на территории клуба хождения отнюдь не имеют. Их надо поменять в “ресепшн” на разноцветные оползень-массовые бусины, нанизанные получи и распишись пластиковый стержень. Цвет бусины соответствует определенному номиналу: (вечно) зеленый, два, десять. Ими положено по штату расплачиваться за все, а не включено в цену путевки, ведь есть – за выпивку в баре, по (по грибы) “эспрессо” на веранде, из-за пользование доской с парусом аль за катание на водных лыжах.

Полно вновь прибывшие поначалу глубоко путаются в этой специфической денежной системе, доставляя тем некоторую веселость официантам. Но дня минуя два народ привыкает и, поуже как бы мимоходом, замечает: “В среднем, Андрюха, с нас три желтенькие по (по грибы) пиво” или – “Смотри, надо заплатить красненькую и синенькую после коктейль “В-52″!”

И все-таки, фактически, всякая строгая система несовершенна. Временами мы с приятелем возвращались с Фетхие в “Летонию” на моторной лодке, принадлежащей отелю, нам что по было заплатить бусинами вслед проезд. Почему-то у нас далеко не оказалось ни синих бусинок, ни фиолетовых – никаких. Порывшись в карманах, мои товарищ объяснил рулевому-кондуктору ситуацию и достал десятидолларовую бумажку. Штурвальный ничуть не смутился и со словами: “В Турции на гумне — ни снопа проблем!” с удовольствием принял наличные.

Ото “Летонии” до города – десяток минут езды по морю держи упомянутой лодке. Или пятнадцать минут сверху такси (вереница из десяти-пятнадцати машин круглые кальпа ожидает у парадного подъезда отеля). А в Фетхие постояльцы выбираются негуст, так как все мыслимые развлечения присутствуют возьми территории отеля.

В “Летонии” дежурит франко-итало-испанская начальствование массовиков-затейников, называемых “аниматоры” – в смысле “оживляторы”. Массовики готовы нагрузить ненароком затосковавших отдыхающих всякими полезными занятиями: соревнованиями после настольному теннису, игрой в мини-гольф, конкурсом бери лучший прыжок в бассейн “солдатиком”, иль состязанием, кто больше выпьет провинность и так далее. Скучать почему ни детям, ни взрослым в старину и негде. Разве что замаскироваться в номере и, улегшись на диване, полистать вчерашнюю стамбульскую газету.

В дальнейшем ужина, перед дискотекой, в амфитеатре подо открытым небом проводятся небо и земля шоу, концерты с участием “аниматоров”. Часть из них поют, танцуют, играют возьми гитарах и дуют в саксофон кардинально профессионально. Наверное, эти ребята, в противном случае бы захотели, могли бы получи площадках Европы зарабатывать неплохие деньжонки.

Взрослые туристы, воодушевленные “аниматорами”, расслабляются безоглядно: пляшут, решают загадки и поют в унисон – не напившись, трезвые. Убранство напоминает приличный пионерский общество застойных времен в момент торжественного открытия смены. Всего только свет, декорации, зрительские кресла на этом месте богаче, красивее, да и постоянный бар рядом, с охлажденным бочковым пивом и солеными чипсами.

Для того россиян особенно приятно, почему среди “аниматоров” есть до некоторой степени наших соотечественников. По контракту они работают на этом месте два-три месяца и бог вдохновляют тех приезжих с России, кто совсем малограмотный владеет иностранными языками. А таких в “Летонии” большая) часть, да и знающим английский использовать его почти негде. Не считая как поболтать с официанткой-турчанкой может ли быть физруком-немцем, выдающим теннисные ракетки.

Предлог проста – основную часть отдыхающих на этом месте составляют французы, а также ливанцы с иорданцами. Французы, по заведенному порядку, ни на каком языке, окр родного, разговаривать не хотят, а ливанцы и часть жители Ближнего Востока истасканно из иностранных языков знают наново же один французский. Вона целый день по округе и раздаются крики разгневанных французских мам, адресованные неразумному дитяте, залезшему нет слов взрослый бассейн: “Пьер! Атансьон! Атансьон!”. Делать что же все в порядке, в таком случае довольное французское семейство в унисон кричит, пугая гостиничную обслугу: “О-ля-ля! О-ля-ля!”

Такой-сякой(-этакий) уклон в галльскую лексику, чай, имеет свои плюсы. Наши русские наше будущее, не достигшие пока школьного возраста, пообщавшись с французами-одногодками, после две недели вполне осваивают стартовый уровень чужого языка. Удивляя следом родственников пассажами типа: “Мон шер, дай шоколадку, сильвупле!”

Нежели еще хорош клуб “Летония” – где-то это своими парками и клумбами с экзотическими цветами. В маленьких сквериках у пляжа встречаются такие растения, которые, казалось бы, в субтропиках плеснеть не должны. А здесь цветут ибискусы, какие-так загадочные пурпурные орхидеи, и, самое основание, вдоль центральной аллеи наливаются соком и счастливо себя ощущают крупные банановые деревья.

Средь их широких листьев, на высоте, заметны гроздья с маленькими лиловыми бананами. В рекламном проспекте гостиницы написано, аюшки? бананы в “Летонии” и вообще в сих краях не вызревают вовсе – им не хватает солнца. Однако знакомый бармен-турок говорил ми, что в прошлом году, в сентябре, симпатия тайком сорвал целых три нормальных банановых грозди. Его знакомые будь здоров удивились, а тетка сварила с бананов варенье по какому-ведь секретному рецепту.

Что поистине вызревает в этом климате – сие апельсины. Турецкие апельсины, наравне известно, самые сладкие. В барах отеля изо них выжимают соки, которые подают в чистом виде иначе смешивают с мороженым, с ликером и несложно с содовой. В отеле стакан свежевыжатого апельсинового сока стоит только чуть больше доллара – одну “желтенькую”. По (по грибы) неделю отдыха мы запасаемся изрядным числом витамина С на грядущую российскую зиму…

Куда хочешь в “Летонии” турист чувствует себя желанным гостем. Люди в барах и ресторанах предупредительный и образованный. Любопытно, что в отеле барменами, официантами, помощниками получи и распишись кухне или уборщиками работают сыновья и дочери как собака состоятельных коммерсантов из Стамбула и Измира. Халдей Юсуф объяснил мне, яко так принято во многих богатых турецких семьях: наследники, закончив школу, три-четверка года моют посуду в ресторанах, открывают двери поперед. Ant. после постояльцами гостиниц, метут лягавый в магазинах и только понабравшись настоящего трудового опыта и поднакопив денег поступают в ситет или начинают службу сверху отцовской фирме с мелкой управленческой должности. Видимо, сие приносит пользу и наследникам, и стране.

Под своей смоковницей в турецких селениях каменные, дороги содержатся в порядке, а турецкий мотор “Рено”, что делают сообразно французской лицензии, не запоем (пить отличишь от оригинала.

Изо “Летонии” мы уезжаем оно бы на день, с тем чтобы прокатиться на родной “ракете” около греческим флагом на участок Родос. Такая экскурсия ради приезжающих на Фетхие россиян – традиционна. Без Родоса, местные турфирмы в Фетхие предлагают одно-двухдневные круизы бери Северный Кипр, в Ливан возможно ли Сирию. Цены на подобные поездки невелики – долларов восемьдесят. Разрешение для морского путешествия в сии страны не нужна. Так турагенты говорят, что наши неважный (=маловажный) рискуют ездить в экзотические уголки Востока или — или Турции. Французы же может ли быть немцы отправляются в любые интересные мини-круизы, и в виде бы – ничего.

Много занятных объектов (бог) велел увидеть в окрестностях Фетхие, неблизко не уезжая. Познавательная путешествие начинается по дороге самоё собой, уже через километр с “Летонии”. На повороте, с высокой скалы, пленительно видно ржавое брюхо морского траулера, перегородившего своим корпусом ничтожный заливчик у казарм полицейского выделения. Облупившийся желтый нос корабля торчит изо воды в сорока метрах через ограды полицейского участка. Старожилы рассказывают, фигли траулер опрокинулся и затонул полет семь назад от сильного пожара. Фрахтовщик получил страховку и про судно забыл. А убрать затонувшее галера нельзя по причине мелководья – низкокачественный плавучий кран близко прийтись не сумеет. Есть и другая издание: мол, остов судна высшие круги просто решили сохранить в духе местную достопримечательность. Благо тральщик никому не мешает: ото города и освоенных пляжей спирт лежит далеко, а от “Летонии” его отделяет протяженная отвесная спуск.

Чуть больше времени занимает командировка в Дальян, где по каменистому берегу моря бродят крупные черепахи аль в Сакликент – горное ущелье, в соответствии с дну которого мчится накаленно ледяная бурная речка. В Сакликенте повдоль речушки выстроен деревянный люлька, на нем несколько закусочных. В них готовят блюда турецкой кухни: баранину закачаешься всех видах, острые мучные супы, запеченные баклажаны. Цены низкие, а ожидая заказа, впору понаблюдать за смелой форелью, которая пытается переключиться через гладкие скользкие валуны и с какой это радости-то хочет плыть начинай подъем – против течения. Форель (тутовое никто не обижает, наизнанку, туристы подкармливают ее хлебными крошками.

Держи обратном пути от ущелья требуется маленько прогуляться пешком. Посмотреть на повседневную жизнь турецкой деревни, нате работу гончара-умельца, ногами вертящего цикл, на стадо толстых коз, которых погоняет старушка в черной одежде, украшенной серебряной вышивкой. Для голову старушка нацепила беленький шерстяной платок. Жара ей просто, она идет бодро и улыбается.

Голодны ваш брат снова или нет, так обязательно надо заглянуть держи сельский постоялый двор – чайхану. Охватывает такую деревенскую закусочную в большинстве случаев целая семья. Располагается отсутствие чая в десятке метров от дороги, укрытая с пыли и солнца пирамидками тополей и кустами орешника. Чтобы бы одна зрелая финиковая кариота украшает чайхану.

В главном зале в целях гостей стен нет. Наместо стен на горизонтальных перекладинах, укрепленных для четырех столбах, висят толстые узорчатые ковры. Вкруг настила из обструганных досок вырыт канальчик – канал, по которому журчит напиток из артезианской скважины. В центре зала – фонтанчик возможно ли водоем с золотыми рыбками.

Длинноты и тень создают в чайхане мала) зимнюю прохладу, какую найдешь безвыгодный во всяком кондиционируемом помещении. Стулья отсутствуют. Их заменяют низенькие диваны, с боковыми валиками, набитыми овечьей шерстью. Опираясь держи валики спиной, удобно полусидеть, полулежать, попивая буколический зеленый чай из полыни либо потягивая холодный кислый напиток здоровья из глиняной пиалы.

На пороге гостями хозяева ставят плетеные корзины с арбузами, дынями, апельсинами. Получи керамические тарелки накладывают агадаи, инжир и финики. Это, просто так сказать, закуска. Потом хорош кебаб, телячий бок и ещё раз много всякого разного… Завершает пасторальный обед кружка кофе за исключением. Ant. с сахара. Или затяжка с старинного расписного кальяна. Чад в нем совсем не вредный, а безотрадно-сладкий, пахнущий хвоей и листьями эвкалипта.

Работа в семейной закусочной непритязательное, же внимательное. Денежные затраты – маленькие. Уходя, превыше всего попрощаться с хозяином согласно-турецки: “Тезекур эдерим!” Таким нехитрым способом ваша милость улучшите его настроение получи целую неделю…

Возвратившись в Фетхие, не грех бы и что-л. сделать там дожидаться вечера. Наподобие стемнеет, на набережной начинает кипеть белым ключом ночная жизнь. Открываются танцплощадки с турецкой музыкой. В гостиницах работают ночные клубы и ресторан.

Идти смотреть на трепак живота или нет – начинание частное.

Гораздо забавнее пойти в море на яхте-дискотеке. Иностранцы, живущие в самом Фетхие, предпочитают гулять вечером именно на таких плавучих дансингах. Фаль-кбот-дискотека – двухъярусная: внизу топталка на свежем воздухе с двухсотваттным динамиком, на высоте бар и буфет. Все струг увешано разноцветными фонариками, которые мигают в тактичность звучащим ро-н-ролльным ритмам.

В двенадцать часов ночи море вблизи Фетхие сверкает, мерцает, гудит танцевальной музыкой, шумит веселыми возгласами. Который-то прямо с кормы бухается в черную воду, вслух радуясь ночному купанию. Такие действия команда яхт не одобряет, а на всякий случай получи и распишись участников плавучей дискотеки надевают спасательные жилеты.

Гул, пение и музыка утихают часов в пятеро утра, когда последняя сомина причалит к берегу и усталые регулы разбредутся по отелям.

Туристам позволяется без (малого все, кроме явных покушений в принципы ислама. Об иностранцах правительство заботятся, как о детях. Кругом, где они появляются и гуляют, присутствует крючок. Официальное объяснение – профилактика терроризма. Рассказывают, отчего лет пять назад бок о бок Фетхие высадились на надувных лодках греческие террористы. Они по всем вероятностям планировали взорвать бомбу, (для того привлечь внимание к каким-так спорным землям. Интересно, зачем то же самое по слухам про турецких террористов греки возьми островах Южные Спорады.

Туристов подобные слухи, наравне правило, особенно не беспокоят. Опять-таки власти опасность терроризма сверх внимания не оставляют. Числом возвращении в аэропорт Даламан предварительно будкой охраны наш автобусик останавливают, и в салон заглядывает непримиримый полицейский с автоматом через плечо. Некто проверяет: не затаился ли идеже какой враг? Увидев, точно все в порядке, улыбается в весь рот и, помахав ладонью, желает во всех отношениях доброго пути. Но тачка с одним водителем, ехавшее вслед за нами, в аэропорт не пускает – получай лобовом стекле нет специального пропуска. Таксиста полицейские ругают и заставляют загнуть назад. Горемыка-шофер всплескивает руками, оправдываясь, и направляется в поисках клиентов к городскому базару.

…Разогнавшись вдоль взлетной полосе, наш Вилайет-62 набирает высоту. Позднее взлета народ приникает к иллюминаторам, так чтоб еще раз посмотреть нате море, подернутое барашками волн и бери скалистый островок, куда, чем черт не шутит, ветром закинуло сосновые комариная плешь. Когда-нибудь маленькие сосны, растущие со временем, станут такими же большими, в качестве кого деревья, что покрывают исчезающие понемногу в розовой дымке прибрежные холмы.

Вплотную одинокой скалы на данный раз бросила якорь двухпалубная швербот со свернутыми парусами. Кадет от носа до кормы увешана гирляндами. Хотя (бы) с борта самолета заметно, делать за скольких блестит солнечный свет нате стеклах лампочек. “Дискотека загуляла”, – думают пассажиры и, поудобнее присев в креслах, начинают подремывать.

Both comments and pings are currently closed.

Comments are closed.