Жизнь на Ниле

“Прости-прощай в Eгиптe пoспoкoйнee, цeны бы eму нe былo. Шелковица чeлoвeку нe дaют прoxoдa. Тo клянчaт дeньги, тo нaвязывaют oсликa аль бусы, тo тянут в тузeмную дeрeвню иначе нa https://www.instagram.com/p/CXmPK4ZgRHE/?utm_source=ig_web_copy_link утиную oxoту” – этo нe я, этo обращение Aллeртoн, гeрoиня книжки “Смeрть нa Нилe” гoвoрит слoвaми Aгaты Кристи. Нaписaнo примeрнo сeмьдeсят лeт нaзaд. С тex пoр мaлo чтo измeнилoсь, рaзвe oсликoв вытeснили вeрблюды.

Кoгдa пo пути с oгрoмнoгo пыльнoгo Кaирa в Aсуaн всe врeмя лeтишь нaд бeскoнeчнoй пустынeй, a пoтoм нечаянно oкaзывaeшься нaд узeнькoй пoлoскoй Нилa с зeлeнoй oпушкoй пo oбoим бeрeгaм, пoнимaeшь, чтo общежитие здeсь, в Eгиптe, тoлькo этими зeлeными сoткaми и oгрaничeнa. Рaзлилaсь рeкa лeтoм, нaпoилa зeмлю, oстaвилa зa сoбoй кaкую-тo oсoбo плoдoрoдную угaндийскую сальность, ушлa нaзaд – гoд мoжнo кoвыряться в пeрeгнoe, дoжидaясь слeдующeгo пoтoпa. Тaк былo в прoшлoм гoду, стo лeт нaзaд, тысячу, пятеро тысяч. Иными слoвaми, тaк былo всeгдa.

Слoвo “всeгдa” – вooбщe oчeнь eгипeтскoe. Нeвeрoятныe пирaмиды, xрaмы, oбeлиски, другиe мoнумeнтaльныe свидeтeльствa дрeвнeй цивилизaции стoяли нa своих местах спокон века. И лотосы с папирусами и прочими фигами были во всякое время. И туризм тут был навеки.

Кем, собственно, был Геродот? Богатым туристом. А Добрая Кристи? А ее Эркюль Пуаро, обращение Аллертон и сын ее Тим, Линит и Саймон Дойлы? Типичными туристами были герои “Смерти держи Ниле”. А Лоренс Даррел кем, если позволите вас спросить, был? Шпионом, скажете. Отсутствует, автор “Александрийского квартета” равным образом был типичным туристом, благодаря чего что каждый писатель и тем побольше шпион – прежде всего путник.

На развалах каирского базара Государь-аль-Халиль я отыскал пачку черным-черно-белых фотографий, датированных 1928 годом. Известный мистер Стоун (бриджи, твидовый сюртук, галстук, кепка) запечатлел свое месра по Египту и Судану, совершенное им в компании таких но, как и он, выпускников колледжа. Пирамиды, храмы, ослики, туземцы – исчерпывающий туристический набор времен написания “Смерти бери Ниле”. Тогдашние туристы заторможенно передвигались на поездах, сплавлялись в парусных фелюгах, ходили согласно Нилу на шикарных пароходах. В Страна пирамид путешественники приезжали не возьми дни или даже недели – сверху месяцы. Каир, Александрия, Луксор, Асуан, Абу-Симбел, Судан (некто был тогда частью Египта) – шабаш эти пункты значились в расписании путешествующих в области Египту тогда, значатся они и пока что. Поменялись лишь масштабы. Ныне по главной африканской реке токмо на отрезке между Луксором и Асуаном курсируют кверху-вниз почти четыре сотни плавсредств разного водоизмещения и класса. Делать что раньше дорога вниз по мнению течению (из Асуана) отнимала неделю-другую, ведь теперь этот же крюк занимает три дня, просперити вверх – на сутки боле.

Я сел на корабль Nile Adventurer в Асуане, подготовительно потоптав гребень той самой плотины, которая кое-когда-то была символом русско-египетской вечной и нерушимой дружбы. Знали бы Насер с Хрущевым, будто новые времена дадут новые символы согласно-прежнему нерушимой дружбы – гостинничный шведский стол в Хургаде, дискотеку в Обаятельность-эш-Шейхе, чартер с Домодедово и вывески на русском кайфовый всех магазина Египта, торгующих кожей. Я, уместно, как-то побаивался всех сих новых и очень заметных символов, одинаково как и массированного присутствия соотечественников возьми борту Nile Adventurer. Обошлось! Изо стран, расположенных к востоку с Одера, я был единственным пассажиром. Блистает своим отсутствием, я ничего не имею встречный веселых и шумных компаний соотечественников, хотя одно сознание того, в чем дело? они надежно заперты в своих хургадинско-шармовских резервациях, наполняет движок путешественника, предпочитающего уединение и лицезрение, какой-то дополнительной радостью. Не менее не называйте меня мизантропом – та а Агата Кристи позволяла себя называть окружавших ее героев египтян “липким человеческим роем”, а туристов – “жуткой публикой”. Возлюбленная была неправа, а я – в своем стремлении попасть в одиночестве – прав, вот который я думаю.

Впрочем, по Нилу ходят без памяти разные корабли. Во наши дни круиза я видел и шлепающий до воде перепонками огромных колес пароходище времен Агаты Кристи и мистера Стоуна, и современных монстров, рассчитанных бери 150-200 пассажиров. Наш Nile Adventurer согласно числу кают едва ли превосходит “Карнак” с “Смерти на Ниле” – полдюжины на первой палубе, столько но на второй, еще четверик наверху, четыре каюты класса “шик-блеск”. Всего Nile Adventurer вмещает практически сорока пассажиров, к услугам которых внушительный салон, ресторан, три открытые палубы, получи и распишись самой верхней из которых сжатый бассейн. Два верхних “люкса” снабжены своей чуть заметный открытой палубой на носу.

Весь-то говоря, Nile Adventurer в области общим своим размерам не похоже ли уступает огромным туристическим речным автобусам получай 200 человек. Просто устроено пространство шикарного корабля таким образом, чего на каждого пассажира Nile Adventurer доводится во много раз преимущественно места, чем на каком-нибудь “Тутанхамоне” или — или “Нефертити”. И обслуги здесь куда как больше. Конечно, три дня не запрещается и потерпеть, провести их в увлекательной борьбе вслед за шезлонг на солнечной палубе, в очереди к столу, в ожидании горячей воды, хотя ведь можно и избежать в таком роде участи: всех дел-ведь – выбрать правильный корабль! И пока, наши сорок человек были разбиты в четыре группы в зависимости через языка экскурсии – английского, итальянского, французского и немецкого. В нашей англоязычной (американцы, шотландцы, египтяне и я) компании вот главе со славным египтологом Ашрафом было далеко не больше дюжины голов, и каждая с этих голов могла минус помех слушать исторические анекдоты, задавать вопросы, созерцать стены древних храмов. Известно, что в штате компании Abercrombie and Kent, которой принадлежит брандер, есть и русскоговорящие египтологи, же наш Ашраф, знающий по части-русски разве что “(по гроб) должен” и “красивая девушка”, поразил несвойственными туристическому гиду эрудицией и знаниями. Оказалось, по какой причине наш Вергилий возит туристов по мнению Нилу не больше двух-трех недель в году, остальное но время он работает сверху раскопках в Долине царей, пишет научные статьи и делает различные открытия. Однажды он, к примеру, в компании со своим американским коллегой отыскал в подвалах Египетского музея в Каире голову жены Тутанхамона с Луксорского храма. Голову приложили к туловищу несчастной девушки, и юному царю из чего следует с кем поговорить.

Вернемся в Асуан. Вона Пуаро в компании юной Розали Оттерборн из этого следует из гостиницы на “пыльное крашенина прибрежной дороги”.

“– Хотите ослика про поездки, сэр? Это баснословно хороший ослик, сэр, его зовут Напиток-сода, сэр…
– Хотите понестись в гранитный карьер, сэр? Гляди очень хороший ослик. Оный ослик очень плохой, сэр, спирт падает…”

Повторюсь, ничего малограмотный изменилось за семьдесят парение. Пусть не на ослике, а я действительно поехал в гранитный нефтекарьер, в котором вот уже цифра тысячи лет лежит недоделанным столб, треснувший во время обработки, а благодаря чего оставленный мастерами в покое. Тогда я видел таких обелисков не пер – в Карнаке, в Луксоре. Такие а обелиски стоят в Париже, в Лондоне, в Нью-Йорке – умереть и не встать время своего царствования патриарх последней египетской королевской династии Мохаммед Али раздаривал древние монументы правителям могущественных государств, заручаясь их лояльным к себя отношением.

После осмотра недоделанного обелиска наша небольшая пароходство отправилась на осмотр Асуанской плотины – того самого символа пирушка самой дружбы – и знаменитого храма получи и распишись острове Филы. Герои Кристи в свою очередь осматривали Филы, может бытийствовать, даже оставили там пометки вроде “Здесь были Линит и Саймон”. Кайфовый всяком случае, на стенах древнего храма хоть разглядеть довольно много надписей, начертанных единаче наполеоновскими солдатами – те в свой черед были своеобразными туристами. И первые христиане тогда отметились – у многих египетских богов и фараонов они не мудрствуя лукаво поотбивали лица.

К ужину наша сестра уже оказались на нашем корабле.

Следующим поутру в восемь часов корабль пришвартовался к пристани у храма Килоом Омбо. Было еще холодновато, и мы смогли вдоволь наглазеться на стены, колонны, скульптуры, мумии крокодилов и… осликов, которых местные народ предлагали уже не в качестве имущество передвижения, но в качестве объекта фотографирования. Чудеса да и только, но в стране великих исторических памятников главной экзотикой становятся обычные ослы и верблюды.

В храме, вопреки на прошедшие тысячелетия, кое-идеже еще сохранилась краска, которой конец это потрясающее сооружение было в отдельных случаях-то выкрашено. Красный, пьяный, зеленый – все эти цвета получались перетиранием в пылетранспорт драгоценных камней, потому-в таком случае краски оказались столь долговечными.

После всего обеда (барбекю на палубе) Nile Adventurer заходил в сызнова один небольшой порт, в Эдфу. Земной храм считается наиболее что песку морского сохранившимся монументом древней египетской цивилизации. Хотя (бы) крыша сооружения – в прекрасном состоянии. Курьезно, что чуть ли приставки не- до середины XIX века айван в Эдфу не был известный европейцам. Дело в том, фигли глинобитные дома местных жителей в среднем плотно окружали храм, в такой мере интенсивно использовали его крышу и стены в качестве стен, пола и крыши собственных жилищ, что-нибудь огромное сооружение просто скрылось с глаз за жилищно-коммунальным хаосом. Египтяне умереть и не встать все времена не были очень жирно будет сентиментальными по отношению к своему наследию и своим предкам. Храмы и гробницы извека рассматривались если не в качестве источника стройматериалов, в таком случае уж в качестве жилищ – верно. Захоронения в Соккаре, кладбища в Каире, храмы в Эдфу и Карнаке – совершенно это было обжито и конвертировано в обитаемый фонд. Поздние династии фараонов вскрывали гробницы предшественников и использовали к собственных нужд. Правители изо династии Птолемеев перестраивали храмы получай греческий лад. Римляне и турки разбирали монументы получи стройматериалы. Ранние христиане боролись с политеизмом египтян, разрушая статуи богов и обезображивая их барельефы. Мамлюки жгли, французы, англичане и остальные цивилизованные завоеватели грабили по сию пору во имя сохранения наследия древних. Магомет Али дарил и продавал обелиски, мумии и остальные драгоценности так, что Совнаркому и маловыгодный снилось. Насер – так оный просто хотел разобрать пирамиды и взбодрить дамбы. И ведь вся сия вакханалия длилась не сто полет, не пятьсот, а добрых цифра тысячи. Сколько сил человеки прикладывали, чтобы рушить, а храмы с пирамидами стоят! Точь в точь стоят храмы в Карнаке и Луксоре, значительно мы попали на нап, третий и последний, день нашего круиза. Всё-таки утро было отдано Долине царей, пирушка самой, где была обнаружена мастаба Тутанхамона – единственная, которую ни античным, ни побольше поздним грабителям не посчастливилось обнаружить. Сегодня сокровища, найденные в нескольких небольших комнатах гробницы, занимают слитный этаж огромного Египетского музея в Каире, зато потрясающие росписи и барельефы, украшающие стены Тутанхамоновой и до сего времени многих могил, можно наблюдать часами.

Храм в Карнаке – оный самый, где на голову Линит Дойл чуточку не свалился огромный утес,– даже после всего уже увиденного производит какое-ведь невообразимое впечатление. Главный ападана со 134 колоннами, огромные обелиски, нечеловеческая компактность изваяний, которыми уставлены дворы храма, священное озерцо, гигантские стены – все сие, понятно, строили не (человеческое, а инопланетяне какие-то! А до сего времени неизгладимое воспоминание, связанное с Карнаком,– жуткие толпы туристов в промежуток между тремя и четырьмя после полудня. Оказалось, что ежедневно изо Хургады, находящейся в трех часах автобусом ото Луксора, сюда привозят несметные полчища отдыхающих. В пятерка автобусы отбывают в страну пляжей и дискотек, и древние цари остаются высматривать следующего дня. Отрезок промежду пятью и шестью часами в Карнаке и бранный час, когда открыт требище в Луксоре (это после восьми вечера),– самое удивительное времена. Толпы, как по мановению волшебства, исчезают, и храмы остаются вашими.

Окончательный день был самым длинным, а у нас еще хватило сил пробежать от пристани до знаменитой гостиницы Winter Palace – символа Луксора и классического примера колониального стиля. Сидя в баре отеля и потягивая безалкогольные коктейли, да мы с тобой рассуждали о шансах Хилари Клинтон стоить президентом США, о старых книжках, об автомобилях – о нежели еще болтать разогретым ледяным чаем и тремя оглянуться не успеешь нильского круиза американцам, русскому и египтянам? О фараонах? Да ну? уж нет, хватит!

По сию пору круизы по всем водоемам похожи френд на друга – меняются в какие-нибудь полгода страны, моря, размеры кораблей. И всего лишь круизы по Нилу похожи невыгодный на другие путешествия, а возьми то, что написала Агафья Кристи. У нас, слава богу, обошлось минуя трупов.

Both comments and pings are currently closed.

Comments are closed.